Клинтон Билл

, 42-й президент США, "первый черный президент"

Автор: Детлеф Фелькен

  20 января 1993 года в лице Билла Клинтона впервые с 1980 года в Белый дом вновь вошел кандидат демократической партии. Если не принимать во внимание короткое междуцарствование президента Джимми Картера, то демократы почти четверть века соблюдали воздержание от власти. Казалось, что успех Клинтона на выборах закончит неоконсервативную эру Рейгана - Буша и начнет либеральное обновление государства и общества. Соответственно этому на 42-го президента Соединенных Штатов возлагались большие надежды.

  Уильям Джефферсон Блайт IV родился 19 августа 1946 года в Хоупе, Арканзас, в треугольнике штатов Арканзас, Луизиана и Техас (Арк-Ла-Тех). Еще до его рождения в результате несчастного случая погиб его отец, и 4 года спустя мать вышла замуж за торговца автомобилями Роджера Клинтона, фамилию которого пасынок официально принял в возрасте 15 лет. Семья принадлежала к среднему американскому слою. Родители работали, и днем о Билле и его младшем сводном брате Роджере заботилась прислуга. Брак родителей и семейная жизнь были омрачены алкогольными проблемами отчима. Билл Клинтон был честолюбив и хорошо учился, за все годы учебы в школе постоянно являлся одним из лучших учеников. Наряду с этим он был спикером учеников и руководителем школьного джаз-оркестра (игра на саксофоне до сих пор является своего рода его отличительной чертой). Ключевым событием в жизни стала встреча с президентом Джоном Ф. Кеннеди, когда он как делегат национальной молодежной организации в июле 1963 года удостоился чести пожать руку президенту в Вашингтоне. По его собственному признанию, это посещение Белого дома произвело на него глубокое впечатление и способствовало решению самому стать политиком.

  Хотя он был членом Южной баптистской церкви, он учился в престижном католическом университете Джорджтаун в Вашингтоне. Получил стипендию, которая позволила ему учиться с 1968 по 1970 год в Оксфорде. По окончании Йельского юридического института, где он познакомился со своей будущей женой Хилари Родхем, Клинтон вернулся в Арканзас. Его необычайная энергия - он сам финансировал свою учебу, одновременно подрабатывая на трех работах, - и его выдающиеся интеллектуальные способности стали основой блестящей политической карьеры.

  После непродолжительной преподавательской деятельности в юридическом институте Арканзасского университета в Файеттвилле Клинтон в 1974 году активно вступил в политику. В третьем округе Арканзаса он претендовал на место в Конгрессе от демократической партии, но потерпел поражение. Победа находящегося в этой должности республиканского соперника была незначительной, так что политический истеблишмент Арканзаса обратил внимание на "вундеркинда" Клинтона. В 1976 году Клинтон выиграл на выборах министра юстиции Арканзаса, а в 1978 году успешно баллотировался на пост губернатора. В возрасте 32 лет стал самым молодым губернатором в истории Соединенных Штатов.

  Арканзас принадлежал к беднейшим федеральным штатам США. В 1975 году он занимал предпоследнее место перед Миссисипи в статистике доходов, в 1991 году штат поднялся на два места и встал на 47-е место; темп прироста составлял 4,1%. Этот итог 11-летнего правления Клинтона, на первый взгляд, мало впечатляет, но ввиду больших структурных проблем штата не следует его и недооценивать. Клинтон проводил доброжелательную по отношению к предпринимателям политику с целью привлечь инвестиции и таким образом создать или обеспечить рабочие места. Основной задачей считал политику образования. Преодолевая упорное сопротивление, добился издания обширной программы реформ, и сегодня Арканзас выделяет на душу населения больше средств на образование, чем большинство других штатов.

  Когда 3 октября 1991 года Клинтон выставил свою кандидатуру на пост президента, он еще мало выделялся на федеральном политическом уровне. Он уже создал себе имя как один из важнейших представителей "новых демократов", т. е. образованной преимущественно южанами группировки внутри демократической партии, которая в противовес либеральной ортодоксальности подчеркивала ориентированный на эффективность прагматизм, чтобы вернуть назад избирателей среднего слоя и белых рабочих, в 80-е годы перешедших к республиканцам (так называемые "демократы Рейгана"). "Забытый" средний слой, которому он в перспективе обещал облегчение налогов, составлял также важнейшую целевую группу предвыборной стратегии Клинтона. Памятное изречение: "Дурак, все дело в экономик!" - стало популярнейшим лозунгом кампании, наряду с многочисленными социально-политическими задачами выдвигавшей в центр прежде всего экономические требования будущего. Соответственно этому после окончания "холодной войны" Клинтон отвел внешней политике, которой Рональд Рейган и Джордж Буш отдавали преимущество, подчиненное значение. Он считал, что торговая нация США сможет и в будущем осуществлять свои глобальные задачи только на базе мощного и конкурентоспособного народного хозяйства. Ввиду экономического спада с растущим числом безработных и понижающимися реальными заработками это обращение упало на благодатную почву и помогло Клин-гону неожиданно нанести поражение якобы непобедимому после победы в войне в Персидском заливе Джорджу Бушу. При этом явную пользу принес ему кандидат Росс Перо, беспартийный предприниматель. который смог записать на свой счет почти пятую часть голосов избирателей. То, что ни Клинтон (43%), ни Буш (38%) не добились абсолютного большинства, явилось симптомом растущего недовольства американцев политикой обеих партий.

  Успешную предвыборную борьбу, однако, омрачило сомнение в искренности и твердости характера Клинтона, которое и до сих пор сопровождает его президентство. Поведение во время войны во Вьетнаме, избавившее его от призыва на военную службу, малоубедительное признание, что студентом он курил марихуану, но не затягивался, к тому же его внебрачная сексуальная жизнь, в которой он, казалось, подражает своему великому кумиру Джону Ф. Кеннеди, широко обсуждались падкой на сенсации прессой и часто бывающей ханжеской публикой. Переданное в суд обвинение в сексуальном преследовании во время губернаторства и расследование его роли в темном деле с недвижимым имуществом, в которое была замешана также и Хилари Родхем Клинтон, нанесли значительный урон моральному авторитету президента, хотя в обоих случаях сомнительной является обоснованность предъявленных обвинений.

  Рональд Рейган оставил тяжелое наследство, к которому относились, среди прочего, высочайшая в истории США государственная задолженность и ежегодный дефицит государственного бюджета в более чем 200 миллиардов долларов с тенденцией к повышению. С начала 90-х годов государственный бюджет ежегодно обременяла выплата процентов в размере около 200 миллиардов долларов. Перед лицом этой угрозы еще правительство Буша начало предпринимать первые меры к сдерживанию гигантских государственных долгов. Клинтон же в своем отчете о положении нации 17 февраля 1993 года объявил ликвидацию дефицита первостепенной целью своего президентства. Он заявил о снижении дефицита государственного бюджета к 1997 году на 140 миллиардов долларов и после тяжелых переговоров и голосования провел через сенат пятилетний бюджет, комбинируя повышение налогов (преимущественно для групп с высоким доходом) с сокращением расходов, с удивительной настойчивостью приступил к укреплению бюджета. Даже если перегруженный многими компромиссами проект бюджета казался некоторым в Конгрессе недостаточно радикальным, то его издание все-таки представляло собой значительный политический успех президента.

  Запланированный первоначально налог на энергию с далеко идущими эколого-политическими предположениями оказался неосуществимым. Вице-президент Эйл Гор, принадлежащий к виднейшим политикам-экологам своей экологически все еще беззаботной страны, высказался за такой налог на потребление энергии, который был принципиально одобрен президентом. Однако остается только отметить, что политика защиты окружающей среды администрации Клинтона пока еще не оправдала возложенных на нее ожиданий.

  По мнению многих экспертов в области экономики, бюджетно-политические посылки правительства Клинтона значительно повлияли на конъюнктурное оздоровление американского хозяйства. После трех рецессивных лет экономика США с 1993 года вновь достигла темпа прироста от 2 до 3%. Тенденция подъема проявляется также в форме низкого индекса инфляции, создании многочисленных новых рабочих мест и в снижающемся числе безработных. Реальные доходы, однако, остаются намного ниже уровня начала 80-х годов.

  Основным внутриполитическим пунктом в повестке дня Клинтона была коренная реформа здравоохранения посредством введения всеобщего страхования на случай болезни. В первую очередь должны были контролироваться стремительно возрастающие расходы в здравоохранении, доля которых в государственном бюджете с 1965 по 1992 год возросла с 2,6 до 16%. Президент поручил своей жене руководство рабочей группой, ответственной в Белом доме за реформы здравоохранения, и отвел ей этим самую важную и влиятельную функцию, которую когда-либо официально осуществляла "первая леди". Таким образом, Хилари Клинтон, имеющая за своей спиной успешную карьеру адвоката и уже много лет активно действующая в области образования и социальной политики, окончательно вышла за рамки обязательной роли "жены на его стороне", тем более, что Клинтон еще во время предвыборной борьбы подчеркнул, что она будет принадлежать к кругу его ближайших и важнейших советников. Проект века по коренной реформе здравоохранения, как и следовало ожидать, натолкнулся на многочисленные препятствия, которые прежде всего касались требуемого президентом участия работодателей в расходах. То, что Клинтон и его жена настаивали на глобальной реформе во время, когда уже давно было ясно, что большинство в Конгрессе будет выступать лишь за отдельные поправки в системе здравоохранения, было тяжелой политической ошибкой. Реформу не удалось утвердить до выборов в Конгресс осенью 1994 года, а после драматического поражения демократов на промежуточных выборах перспектива реализации пропагандируемой Клинтоном концепции в данный срок его пребывания на посту президента свелась к нулю.

  Больший успех был уготован закону Клинтона по борьбе с преступностью, который приняли в конце августа 1994 года. Ввиду постоянно растущей преступности, прежде всего в крупных городах, пакет законов в целом был признан срочно необходимым, хотя его отдельные составные части вызвали сильные споры. Они предусматривали расходы в размере 30,2 миллиарда долларов для приема на работу 100 000 новых полицейских, расширения тюрем и разработки правительственных программ, как, например, запрет 19 типов полуавтоматического оружия, против которого ожесточенно борется национальная стрелковая ассоциация. Преступники, осужденные в третий раз, должны автоматически получать пожизненное заключение (как только они приговорены федеральным судом), подростки старше 13 лет за определенные преступления должны быть судимы не по уголовному праву для несовершеннолетних, а в соответствии с общим уголовным правом. Еще будучи губернатором в Арканзасе, Клинтон несколько раз подтверждал приговоры к смертной казни и, одобрив "жесткую" позицию в области внутренней безопасности, характерную для "новых демократов", занял традиционно республиканскую территорию.

  К еще также открытым внутриполитическим проектам реформ президента относится ряд социально-политических мероприятий, особенно перестройка системы социального обеспечения, инвестиционная программа по созданию новых рабочих мест (первый проект бюджета предусматривал для этого лишь маленькую статью), реформа финансирования предвыборной борьбы и создание национальной информационной сети, так называемой communication superhighway.

  На международной арене Билл Клинтон почти демонстративно отказался от ярко выраженного личного присутствия, характерного для его республиканского предшественника, и подчеркнул тем самым преимущество внутренней политики. Его намерение, как "луч лазера", сконцентрироваться на экономических проблемах Соединенных Штатов находит свое явное отражение и во внешней политике, так как центр ее тяжести переместился отчетливо с политики безопасности на внешнеэкономическую. Так как американское хозяйство без роста мировой экономики может расширяться только в ограниченном объеме, то свободная мировая торговля должна укрепляться и одновременно должны улучшаться условия конкуренции для американских продуктов. Как ратификация Конгрессом в ноябре 1993 года начатого еще при администрации Буша Североамериканского соглашения о свободной торговле (NAFTA), так и своевременное завершение Уругвайского раунда ГАТТа в последующем месяце соответствуют этой целевой установке. При этом особенно ратификацию Североамериканского соглашения следует оценивать как личный успех президента, потому что для этого пришлось преодолеть значительное протекционистское сопротивление в Конгрессе и в собственной партии.

  Показательным для более решительной внешнеэкономической политики администрации Клинтона является усиливающееся давление на Японию с целью форсировать давно требуемое открытие ее рынка для американских товаров и содействовать тем самым ликвидации хронически негативного торгового баланса. На конференции азиатско-тихоокеанских наций на высшем уровне в Сиэтле в ноябре 1993 года президент выразил свое мнение о том, что это экономическое пространство выигрывает в отношении безопасности от военного присутствия и ведущей региональной роли Соединенных Шта-ов, хотя США при этом не будут иметь соответствующей доли в вытекающем из этого экономическом процветании. Также и в отношениях с государствами Европейского Союза наблюдается стремление администрации Клинтона добиться уравновешенного соотношения между ответственностью за безопасность и экономическим могуществом. В эту картину вписывается то, что Клинтон высказался за принятие экономических "супердержав" Германии и Японии в Совет Безопасности ООН.

  Намечающийся стратегический поворот в американской внешней политике сводится к формуле "руководства посредством избирательно мультинациональной кооперации" (Эрнст-Отто Чемпил). Не отказываясь от ведущей роли и международно-политической ответственности Соединенных Штатов, союзники в Европе и Азии должны активнее включаться в региональную ответственность за мир и стабильность, чтобы разгрузить Соединенные Штаты в вопросе политической безопасности и вывести из роли вездесущего "мирового жандарма". Американская сдержанность в конфликте Боснии-Герцеговины также симптоматична, как и желаемая реформа НАТО, включая его расширение на восток.

  К важнейшим сферам американской внешней политики относятся далее отношения с Россией. В то время, как министр иностранных дел Уоррен Кристофер добился успехов прежде всего в мирном процессе на Ближнем Востоке, достигшем исторического поворотного момента при подписании мирного договора между Израилем и Организацией Освобождения Палестины в Белом доме в сентябре 1993 года, американская политика по отношению к России в значительной степени находится в руках заместителя министра иностранных дел Строуба Талботта. "Царь" по вопросам России, друг президента по Оксфорду, твердо направил курс США на поддержку русского президента Бориса Ельцина, которого Вашингтон поддержал после попытки путча осенью 1993 года и которому не было отказано в поддержке, несмотря на жестокие действия против отделившейся кавказской республики Чечни. Полное привлечение России к политическим консультациям государств семерки на конференции в Неаполе имело целью, помимо всего прочего, укрепить личный авторитет Ельцина. Срочно необходимая России экономическая помощь была скорее скудной, к тому же сенат в 1994 году поставил ее в зависимость от окончательного вывода русских солдат из стран Балтии.

  "Партнерство во имя мира", которое было принято 10 января 1994 года на конференции НАТО в Брюсселе, натолкнулось на сильное русское предубеждение относительно расширения альянса на восток. Однако во время своей поездки в Европу в июле 1994 года и позже Клинтон неоднократно заявлял, что вступление государств Центральной и Восточной Европы в НАТО является не вопросом "вступать ли", а единственно вопросом "когда" и "как".

  Отказом Белоруссии, Казахстана и Украины от ядерного оружия Клинтон добился важного частичного успеха в своих намерениях предотвратить расширение круга ядерных держав. После того, как летом 1994 года возникло значительное напряжение отношений между Вашингтоном и Пхеньяном из-за ядерных амбиций Северной Кореи, коммунистическая страна пошла на уступки и пообещала в перспективе "заморозить" атомную программу. Однако, ввиду стремления различных стран - среди них Иран, Ирак и Ливия - к собственной атомной бомбе и другим видам оружия массового уничтожения-, можно предположить, что контроль пролиферации и в будущем будет относиться к первостепенным задачам Клинтона в области ставшего труднообозреваемым международного положения.

  К счастью, президенту не пришлось пока заниматься международными кризисами в крупных масштабах. Как при событиях в Сомали, так и при попытке решения конфликта в Боснии-Герцеговине он заслужил мало аплодисментов. Переговоры с Кубой о сдерживании драматически возросшего летом 1994 года числа беженцев были, напротив, успешными. На Гаити администрации Клинтона удалось с помощью военного нажима и дипломатического посредничества восстановить свергнутого путчистами президента Аристида; однако при этом Клинтон не произвел убедительного впечатления как специалист по устранению кризиса. Американские солдаты, высадившиеся в конце сентября в островном государстве, должны были быть заменены в течение 1995 года миротворческими войсками ООН.

  Хотя Клинтон может предъявить значительный положительный итог внутренней политики, ему не удалось использовать эти успехи для личной популярности. На промежуточных выборах 8 ноября 1994 года американские избиратели дали президенту и демократической партии почти беспримерный отпор. В обеих палатах, сенате и палате представителей, республиканцы добились удобного большинства впервые за 40 лет и выставили теперь 31 из 50 губернаторов. Даже южные штаты, где с конца гражданской войны всегда большинство голосовало за демократов, впервые за 130 лет послали в Конгресс больше республиканцев, чем демократов. Долгосрочные последствия этого республиканского "завоевания" южных штатов для американской партийной системы предсказать невозможно.

  Однако результаты выборов, без сомнения, являются звонкой пощечиной прежде всего для Билла Клинтона. На это имеется ряд причин. Еще старт администрации Клинтона основательно провалился, потому что президент позволил втянуть себя в диспут о возможности призыва в американские вооруженные силы гомосексуалистов. Наряду с многочисленными неурядицами, ошибками в назначении на должности и часто неясной картиной происходящего в Белом доме, шеф штаба которого Томас Макларти, один из старейших друзей Клинтона, в июне 1994 года был заменен распорядителем бюджета Леоном Панетта, уже упомянутые личные аферы президента оказались тяжелым залогом прошлого. То, что Клинтон до сих пор проявлял мало достоинства, соответствующего его должности (например, пускается с журналистами в разговоры о предпочитаемом им нижнем белье), мало нравится большинству американцев, как и его склонность опошлять себя как президента посредством чрезмерного появления в средствах массовой информации. В сочетании с этой симптоматичной неуверенностью стиля недостаточная способность Клинтона продемонстрировать решительность и силу руководства вызвала кризис его президентского авторитета.

  Более глубокие причины краха выборов также не следует упускать из вида. Выборы обозначили обострение консервативной и религиозно-фундаменталистской тенденций в американском обществе. Растущее недовольство и разочарованность белого среднего слоя находят свое выражение в сопротивлении нелегальной иммиграции (дело 187 в Калифорнии) и в критике якобы слишком далеко зашедшей поддержки меньшинств. Клинтон уже пытался смягчить это недовольство обещанием облегчить налогообложение для среднего слоя. Во многих важных вопросах сильная оппозиция во главе с популярным спикером палаты представителей Ньютоном Джиндгричем успешно вырвала руководство из рук президента. Если Клинтон хочет быть избранным в 1996 году, то должен подстроиться к ультраконсерваторам, которые в настоящее время задают тон среди американской общественности, и пойти на дальнейшие, тяжелые для либеральных демократов уступки правой тенденции населения. Многое пока говорит о том, что Клинтон войдет в историю не как обновитель Соединенных Штатов, а как доброжелательный, но невезучий переходный президент.

  Во многих вопросах сильная оппозиция во главе с популярным спикером палаты представителей Ньютом Джингричем успешно вырвала из рук президента руководство по формированию мнения.

  Недели и месяцы после промежуточных выборов были отмечены лихорадочной кампанией, в которой Джингрич агитировал за инициированный им "Договор с Америкой". Программа из десяти пунктов, предусматривающая помимо прочего закрепление в конституции выравнивания бюджета, законы по снижению государственных расходов и налогов, против ожидания осталась однако в зародыше. Дополнение к конституции по выравниванию бюджета, ядро программы, провалилось в сенате из-за одного голоса, недостающего до требуемого большинства в две трети. Другие законодательные инициативы Джингрича Клинтон перехватил, использовав свое право на вето.

  Однако в 1995 году вряд ли кто-либо осмелился предсказать тот триумфальный успех, с которым Билл Клинтон победил на президентских выборах 6 ноября 1996 года своего республиканского соперника сенатора Роберта Доула из Огайо. Клинтон набрал 49 % отданных голосов, 41% голосов был отдан за Доула и 8% за Росса Перо (при очень низком участии в выборах в 49 %). В Конгрессе же соотношение сил осталось неизменным, хотя снова несколько ослабло республиканское большинство в палате представителей.

  Успех Клинтона в одной из скучнейших предвыборных кампаний в американской истории объясняется не только его хотя и политически опытным, но в общем бесцветным конкурентом Доулом. В значительной степени тактические ошибки республиканцев с Джингричем позволили ему неожиданно быстро перейти в наступление. Когда республиканцы отклонили закон о бюджете, чтобы принудить президента к сокращениям в социальной и налоговой политике, Клинтон с большой ловкостью вышел из этих тисков, заклеймив республиканцев в сведении на нет социальной политики и представив себя как противника радикальных сокращений в социальной сфере. Двукратное закрытие части американских федеральных служб зимой 1995/96 годов американская общественность приписала не президенту, а республиканской оппозиции, которая так же переоценила свои полномочия на проведение реформ, как Клинтон переоценил в 1993 году свой собственный мандат. Так как Клинтон одновременно выступал за выровненный бюджет и сокращение налогов, то республиканцы все больше отходили на край аргументативного спектра, в то время, как президент успешно сохранял за собой его центр. На фоне продолжающегося бума в экономике Клинтон в течение 1996 года сумел вновь изменить положение в свою пользу. Использует ли президент свой второй срок ввиду явного республиканского большинства в обеих палатах Конгресса и ввиду распространенного скептического отношения к обширной программе реформ для проведения долгосрочных реформ, покажет время.





профессиональный vds хостинг контакты агентства the host